Посты

Надо запустить новый офис продаж.

Сегодня.

Завтра открытие в 9.

19:00.

Бери технику и устанавливай.

Офис сделали удобным.

Дизайнерским.

Столы — воплощение мечты.

Отверстий для проводов нет.

Вентиляции для компьютеров нет.

В требованиях не было.

Под каждым рабочим местом сетевые розетки.

Продумано до мелочей.

Розетки не подключены.

Заказчик это не указал.

Меняем проект на ходу.

Строим новую архитектуру.

Ночь.

Болгарка.

Дрель.

Пуш-даун тул.

К открытию всё работало.

С шариками.

Получился уютный высокотехнологичный офис.

Появляются разговоры.
Планы.
Последствия.
Проходит время.
История.

Гамак выглядит мелочью.

Так выглядят вещи, на которых держится вся система.

Проект начинается с цели.
Цель приходит сверху.
Она всегда кажется понятной наверху.
Вниз она уходит уже другой.

Каждый уровень получает свою версию одной и той же цели.
Каждый уровень считает, что это и есть исходная цель.

Команда работает с тем, что ей кажется задачей.
Вместо задуманного изначально, фокус смещается на то, что дошло.

Разрыв появляется мимо исполнения.
Разрыв появляется в интерпретации.

Кто-то держит смысл.
Кто-то держит результат.
Кто-то держит только локальную часть задачи.

Пока все уверены, что говорят об одном и том же — система работает.
Когда это рассыпается — начинается корректировка.

Обратная связь приходит вместо ошибки как простое расхождение смыслов.

Центр получает результат.
Обнаруживает, что это результат другой версии задачи.

Задача пересобирается.
Снова уходит вниз.

Цикл продолжается.

Команда существует, пока совпадает интерпретация цели на всех уровнях.
Когда совпадение теряется — остаются корректировки вместо результата.

Когда ты едешь в метро —

кто-то сделал удачный деплой.

Некоторые системы пишут логи на диск.

Некоторые — на рельсы.

Наследие.

Я люблю часы.

Часы как прибор для измерения времени.

Есть точные.

Есть редкие.

Часы как странный способ определения времени.

— Подскажите, который час?

Есть оригинальные.

Есть часы обратного хода.

Есть эксклюзивные.

Эти чудеса инженерной мысли объединяет одно.

Они красивые.

Алиса, сколько время?

Планы появляются раньше опыта.
Раньше должностей.
Пятница.
Раньше понимания последствий.
Проходит время.
Планы остаются.

Проект начинается с цели.
Цель приходит сверху.
Она всегда проще реальности.
Снизу реальность другая.

Цель спускается вниз.
Она разбивается.
На уровни.
На задачи.
На части работы.
Каждый уровень делает своё.
Каждый уровень считает, что делает правильную часть.

Команды появляются там, где задача перестаёт помещаться в одного человека.
Они закрывают куски задачи.
Кто-то держит смысл.
Кто-то держит результат.
Кто-то делает работу.
Кто-то проверяет совпадение с тем, что ожидалось.

Но вниз уходит помимо задачи еще и ошибка.
Внизу она становится заметной.

Появляется обратная связь.
Она поднимается вверх.
Без объяснений.
Просто как несоответствие.

Центр получает вместо задачи результат ее выполнения.
Он отличается от ожидания.

Задача пересобирается.
Снова уходит вниз.

Цикл продолжается вечно.
Он и есть система.

Команда существует, пока этот цикл замкнут.
Если цикл рвётся — остаётся набор действий без общего результата.

Политика появляется там, где обратная связь противоречит тому, что можно принять наверх.
Там начинается борьба за форму задачи.
Вместо людей и вместо ролей фокус смещается на то, какой вообще считается задачей результат.

Я много раз наблюдал:

Любые правила можно нарушать.

Переписывать под задачу.
Если понимаешь, как они устроены.

Берутся задачи.

Говорят:

— так не делают.

Потому что так принято.

Потому что так сложилось.

Это становится правилом системы.

На одном уровне это ограничение.
На другом, инструмент.

Ansible.
Скрипты.
Модули.
Идемпотентность.
Декларативность.

Это работает, пока понимаешь, что под этим лежит.

Где заканчивается модель.
Где начинается исполнение.

Тогда правила перестают быть запретами.

Становятся конструкцией.

Их можно обходить.
Их можно переопределять.
Их можно ломать.

Там, где понимаешь механику системы.

На другом уровне это просто ошибка.

Концерт длился один день.

Два города.

Два континента.

Зрители — весь мир.

1985 год.

Инфраструктура для него начиналась в Лацио.